October 6th, 2015

Дальневосточные истории

Привезла мне недавно бабуля с берегов Охотского моря свежей красной икры в неприлично большой емкости. Неприлично большой она, конечно, кажется для всех, кто никогда не жил на Дальнем Востоке. Пока я добиралась с банкой икры в прозрачном пакете на меня на улице, в метро и магазинах не посмотрел только ленивый.
Как человек, проживший все свое детство на Дальнем Востоке, я всегда немного удивляюсь, когда кто-то считает икру за труднодоступный деликатес, или если кто-то говорит, что ел ее пару раз в жизни. Помню, только переехав в Китай в 17 лет, я была ошарашена тем, что подавляющее число китайцев и иностранцев никогда в своей жизни не ели красную (как и черную, впрочем) икру.
Ну и, конечно, любого дальневосточника смешит, когда кто-то пытается хвастануть тем, что регулярно ест икру.

В такие моменты я сразу вспоминаю две дальневосточные истории про красную икру.

Первая история произошла, когда я еще училась в школе. Были у меня знакомые - задорные и приветливые ребята с Сахалина, которые в Хабаровске жили жизнью обычных российских студентов.
Как-то наведалась я к ним в гости, а ребята, смущаясь немного, бормочут: "Лиз, займи 1000 рэ до зарплаты, пельменей даже не на что купить! Холодильник - вон - пустой!"
Открывают холодильник, а там трехлитровая банка с красной икрой и жирная тушка лосося слабого копчения.
Позже эти самые ребята познакомили меня с мега-странным блюдом - быстрорастворимая лапша с красной икрой. Бомж-пакет Sakhalin style (любопытный факт: на Сахалине лапша быстрого приготовления называется словом "кукса". Никто там не говорит "бомж-пакет").
В общем, суть в том, что у большинства дальневосточников есть либо родственники, либо знакомые, либо знакомые знакомых, которые могут подогнать красную икру или всякую разную морскую рыбу либо бесплатно, либо за бесценок.

Вторая история произошла лет 5 назад, когда я проводила один из летних месяцев в Хабаровске.
Как сейчас помню - сижу я, ем завтрак, как вдруг по новостям показывают сюжет, который удивил даже коренную дальневосточницу.
Ведущая рассказывает про одну удаленную деревеньку на Охотском море, в которой все никак не всходит урожай картошки (почва в этой части России по плодородности может соперничать с поверхностью луны, если кто не знал). И жители этой деревни (преимущественно рыбаки и их семьи) не придумали ничего лучше, как удобрять почву икрой.
В кадре появляется усатый обветренный суровыми северными ветрами мужик, глядя на которого, сразу понятно, что пахнет он соленым морем, рыбой и тяжелым трудом. Мужик с будничным выражением лица вываливает на грядку ведро свежей красной икры.
- Ну а чево, деревня-то у нас труднодоступная. Свою картошку не вырастим - придется покупать дорогущую привозную.
И - хренакс - еще одно ведро икры на землю вывалил.

Частенько вспоминаю эти истории, чтобы не забывать, что для кого-то пельмени могут быть недоступнее красной икры, а где-то и картошка может быть икры ценнее.
И истории эти служат прекрасными метафорами для чего-то гораздо более важного и интересного, чем пельмени, картошка и икра.